"Человек на все времена"
![](/upload/medialibrary/7ec/7ec8470b8411a24e4c704edc9557cc1d.jpg)
22 февраля исполняется 135 лет со дня рождения Дмитрия Ивановича Архангельского – Человека, Художника, Учителя, Подвижника. Дмитрий Иванович был истинным подвижником: темпераментным, увлеченным, с распахнутой чистой и светлой душой. Он никогда не предавал своих идеалов, не любил лишних слов, пустых «разглагольствований». На первом месте – работа», - вспоминала Г.Д. Невзорова, старшая дочь художника.
Многогранно дарование Архангельского. Он не только тонкий художник и неутомимый пропагандист искусства, но и страстный краевед, историк, этнограф, коллекционер. А еще, как говорили те, кто хорошо знал Дмитрия Ивановича, - «святой человек».
Об Архангельском-художнике можно говорить бесконечно. Его работы - настоящая песнь Родине, России. Палитра художника всегда чистая, свежая, как родниковая вода. Она освежает душу, дает новые силы человеку, любовь к жизни, к красоте природы, к прекрасному. Как отмечал Виктор Васильевич Киселев, заслуженный художник РСФСР, лауреат Государственной премии им. И. Репина, который называл Архангельского «учителем, другом и просто дядей Митей», «…в жизни Дмитрий Иванович всегда видел красоту и радость. Искусство его было правдивое, радостное, солнечное, светилось искренностью и простотой».
Дмитрий Иванович - художник, до конца оставшийся верным акварели, которая сложна в исполнении и очень эмоциональна в восприятии. В одном из писем Петра Григорьевича Панина своему первому учителю по искусству, Д. Архангельскому, есть такие строки: «В акварели нет конца исканиям. И путь творчества тяжелый, медленный, трудный, упорный. Писать душой, кровью, переживанием, любовью <…> создать правдивое, родное, красивое можно только сердцем».
И каждая акварель Дмитрия Ивановича создана именно сердцем.
«Его акварели заставляют переживать и волноваться, и радоваться, загрустить порой. И вдруг напомнят что-то такое родное, что защемит сердце. Краски этих акварелей могут звучать как музыка, потому что они положены рукой художника, который познал назначение своего призвания», - писала Г.Д. Невзорова.
В личном архиве Д.И. Архангельского, хранящемся в музейном собрании Ленинского мемориала, сотни писем от известных художников, искусствоведов, краеведов, музейных и библиотечных работников, старожилов города, бывших учеников. Они полны теплой человеческой любви и благодарности художнику за его светлый и радостный труд. В них с большим уважением говорится о притягательности личности Дмитрия Ивановича, в котором удивительным образом сочетались высокие нравственные качества, талант художника, гражданственность, ненасытная жажда деятельности, доброе бескорыстное сердце, неиссякаемый оптимизм, любовь к жизни и вечное вдохновение. Ульяновцы старшего поколения помнят Сергея Павловича Храмцова - заведующего симбирским отделением Госиздата, сотрудника и автора газеты «Ульяновская правда». В одном из своих писем к Д. Архангельскому он писал: «В Ваших работах, даже самых малых, меня покоряла больше всего та живая и светлая любовь, с которой они были сделаны. Этой любовью чудесно окрашены вся Ваша жизнь и труд. Им она дала свое яркое содержание».
Очень интересны письма одного из многочисленных учеников художника Василия Николаевича Симбирцева- главного архитектора г. Сталинграда, члена-корреспондента Академии строительства и архитектура, заслуженного архитектора РСФСР. В одном из них есть такие проникновенные строки: «Природа отпустила Вам, Дмитрий Иванович, щедро замечательные дары: чистую любящую душу, темперамент художника и поэта и любовь ко всему прекрасному. Вы, Дм. Ив. с Вашей огромной любовью к искусству, жизни, людям были дрожжами, на которых прекрасно подымался душистый хлеб искусства. Слава Вам за ту замечательную деятельность».
В архиве художника – каталоги многочисленных персональных выставок и выставок, в которых он принимал участие; множество публикаций в центральной и областной печати. О нем писали не только художники, журналисты, но и известные искусствоведы, такие, как Г. Скопин, П. Корнилов, Д. Сарабьянов и др. И наряду с искусствоведческим анализом творчества Дмитрия Ивановича, все авторы отмечают его удивительные человеческие качества.
«В пейзажах художника зритель словно чувствует добрую мягкую душу этого человека, любящего жизнь, полного забот обо всем живом. Именно таким – добрым, сердечным, искренним – воспринимают Архангельского люди, когда-либо сталкивавшиеся с ним. Большое человеческое обаяние всегда помогало ему учить других, прививать любовь к искусству и самоотверженное отношение к делу.
Многие обязаны Архангельскому, многие говорят о нем с теплотой и любовью, многие благодарны за то, что он сделал, и будут благодарны за то, что сделает» (Д. Сарабьянов).
Академик живописи, народный художник СССР А.А. Пластов именно Д.И. Архангельского называл первым, как только заходила речь о начале собственного пути в искусстве, и был благодарен Учителю за то, что тот научил его любить искусство, понимать его, жить им каждую минуту своего бытия, видеть в нем смысл жизни.
Известный ульяновский краевед и общественный деятель Александр Николаевич Блохинцев в очерке «Художник - просветитель» отмечал: «Трудно сказать, что было важнее в жизни Дмитрия Ивановича Архангельского: его деятельность как собственно художника или поистине подвижнический труд неустанного краеведа-исследователя и энергичного пропагандиста прекрасного, учителя и воспитателя эстетических чувств у сотен своих питомцев».
Но обширность и значительность сделанного Д.И. Архангельским за его долгую жизнь не может заслонить главного в его наследии многих сотен листов акварельной живописи. Г.Д. Невзорова отмечала: «Назвать даже приблизительно число работ, написанных Архангельским, очень трудная задача. То, что хранится в музеях, лишь небольшая часть его произведений. Дмитрий Иванович считал, что лучшей памятью о нем будут его работы, и он раздарил друзьям, знакомым, посетителям своих выставок и «Дней открытых дверей» несколько тысяч своих акварелей».
Думая об Архангельском, невольно задаешься вопросом: осознавал ли Дмитрий Иванович бесценность того, что сделано им за жизнь, думал ли о дальнейшей судьбе своих акварелей, об их будущих зрителях. Как ответить на него?
Но с уверенностью можно сказать, что, не заботясь о признании и известности, Д.И. Архангельский подарил счастье жизни искусством множеству своих учеников и всем тем людям, которым было дано соприкоснуться с его творчеством.
М.Ф. Григорьев, много лет спустя, писал своему учителю: «У меня в жизни было много людей чему-то меня учивших, наставлявших. Я, к сожалению, не могу припомнить и сказать точно, кто меня выучил грамоте, кто посвятил в таинство арифметики; <…> но любовь к искусству, к художественному образу, к дождевой капле, которая может сверкнуть бесценным бриллиантом на зеленой травинке, к наивному узору мордовской вышивки, к старинной церковке в заволжских далях, к обломку белого камня со следами резного орнамента – вот эта любовь у меня в памяти неразрывно сливается с Вашим образом, Дмитрий Иванович.
В моем восприятии искусства, в моем отношении к искусству я всегда чувствую и помню Вашу руку, которая ввела меня впервые в этот волшебный и загадочный мир <…>, храню в душе своей Вами посеянные семена любви к прекрасному».
«Отец всегда считал себя счастливым человеком, - вспоминала Галина Дмитриевна, - и в 90 лет он ежедневно писал акварели, а карандашом рисовал до последних дней».
«Недавно я читала Паустовского. В его произведениях нашла строки, которые целиком можно было бы отнести к дорогому и любимому моему отцу: «При созерцании прекрасного возникает тревога, которая предшествует нашему внутреннему очищению. Будто вся свежесть дождей, ветров, дыхания цветущей земли, полуночного неба и слез, пролитых любовью, проникает в наше благодарное сердце и навсегда завладевает им». А творчество Дмитрия Ивановича имеет еще особенность – задушевность, тепло душевное и детскую радость бытия, которую он отдавал людям».
Костягина В.М.